Оба-на!!!

В наш аквариум привезли моржонка по кличке Митик. Его нашли рыбаки во время охоты на морских котиков в районе Аляски. Он уже несколько дней на тот момент находился совершенно один в открытом океане, и сам подплыл к лодке с людьми. Его полуживого подняли на борт, привезли на землю, и передали в руки сотрудников центра дикой природы. Те занялись его спасением и перевезли в ближайшую ветеринарную клинику, но до конца так и не были уверены, что он выживет. Хотели отправить самолетом в Анкоридж, но на борту регулярного рейса не оказалось свободного места. Тогда на помощь пришла Береговая охрана США, и выделала отдельный борт для его транспортировки. В итоге его выходили, и он теперь здоровый растущий малыш. Было решено отправить его в аквариум на Кони-Айленд, одно из немногих мест в США, где содержат моржей в неволе. Из Анкориджа в Нью-Йорк его доставили на борту грузового самолета FedEx, в сопровождении работника аквариума и ветеринара. Митику всего 16 недель, а весит малыш уже около 120 килограмм. Теперь адаптируют к новому месту и дают по бутылочке молока каждые 4 часа.

Короткое видео с его участием, при просмотре которого трудно сдержать улыбку :)

Мало что известно о японском интернет пользователе Macaon, но одно ясно наверняка — он большой любитель пива и разных напитков в жестяных банках. Все накопившиеся им/ею пивные банки превратились в потрясающие алюминиевые скульптуры и картины.

Излюбленный прием многих архитекторов соединить железобетонную конструкцию с водой. Несколько удачных примеров такого соседства.

Водяные сады Форт-Уэрта, США

Французский фотограф Рене Мальтет, проживший на этой земле ни много, ни мало 70 лет, умел рассмешить публику. Рене был анархистом, неконформистом, противником насилия, пацифистом. Но в первую очередь он был личностью, которую нельзя сломить никаким гнетом, ведь даже несмотря на отсутствие социального страхования, пенсии и официальной работы он делал свои фотографии и был счастлив.

Независимый фотограф Мальтет сотрудничал с фотоагентством «Рафо» для которого и делал свои шикарные и искромётные фотографии, так как лишь это агентство понимало его творчество и не давило на него.

Консервированные огурцы, нарезной батон, салат из крабовых палочек и другая еда, которая кажется проживающим в Москве иностранцам подлинно русской.

ХОАКИН АДРИАН КАУДИЛЬО ПИНЬА, летчик, 23 года, Мексика:

«Когда я ехал в Россию, то решил, что буду разговаривать, есть и жить только по-русски. Мне ваша русская пища очень нравится, особенно домашняя. Консервированные огурцы, помидоры, все эти бабушкины варенья меня поразили, когда я первый раз их попробовал. Здорово, что до сих пор сохраняются домашние традиции. Тем более что сервис и вообще отношение к клиентам здесь — это минус. В ресторанах официанты спрашивают: «Че хотите?» В магазинах продавцы грубят, ни у кого ничего нельзя спросить… Поэтому я чаще хожу в гости к друзьям. Они меня приучили пить пиво с сушеной рыбой — этого я тоже ни в одной стране больше не видел. Сначала сопротивлялся, не хотел даже пробовать из-за ужасного запаха и вида. А потом оказалось очень вкусно, теперь я с пивом только рыбу и ем. Это, кажется, называется вобла. Я видел в кино, как старики стучали рыбой об стол, перед тем как ее съесть. Это очень весело и очень по-русски — я тоже иногда так делаю. Еще меня всегда веселит «мясо по-французски». Кроме названия, ничего французского в нем нет — во Франции я ни разу не встречал мясо под сыром и с помидорами. Зато звучит важно. А по-настоящему русский национальный продукт — это нарезной батон. Олицетворение всей вашей страны, я считаю, — белый, простой и чаще всего не первой свежести. Но вкусный очень».

Мир, возможно, не был бы таким, каким мы знаем его сегодня, если бы кто-нибудь не говорил время от времени: «А слабо…»

1. Основать целую новую отрасль

Казалось бы, уж кто меньше всего годится на роль азартного игрока – так это учёный. Тем не менее, выясняется, что люди, которым мы доверяем изобретать для нас лекарства, запускать спутники и орудовать лазерами, легко поддаются на «слабо».

В 1959 году физик Ричард Фейнман расписывал коллегам удивительное будущее, когда учёные научатся уменьшать компьютеры, медицинские приборы и всякие другие вещи до размеров ресничного клеща. Учитывая, что в то время компьютеры были размером с дом, это заявление показалось слушателям чересчур смелым, если не сказать абсурдным.