Блядь, кто-нибудь выключите уже нахуй это лето. Сука, 4 гребаных
недели я делала вид что все в порядке. Типа это так и надо ходить на
работу в шортах на полжопы, питаться арбузами и газировками и спать,
завернувшись в мокрое полотенце, причем желательно где-нибудь в районе
пола. Но у нас, сцука, не Узбекистан. И уж тем более не Египет. Поэтому
немедленно отключайте этот сюр и верните мне назад мои дождики. Кстати,
заодно и отпуск свой переоценила, 2 недели ливней и холода – это ж
просто Бог послал. Это надо был восторгаться и наслаждаться. Растягивать
момент, так сказать. Вы только вникните – 14 прохладных дней с ветром и
осадками – 336 часов форменного блаженства. А что теперь? А
теперь вот что.
Гардероба, рассчитанного на
такую погоду у меня нет. Ну как бы не предполагалось, что у нас начнется
Африка, поэтому мулатами, опахалом, верблюдом и шароварами я не
обзавелась. Козел есть – тут не спорю. 2 пары шорт есть. И все.
Оскоромилась: платья купила. Но не сказать чтобы платья принесли мне
какое-нибудь особенное откровение, кроме того что если ехать в метро и
подол короткий – потная жопа на сидушке отпечатывается. Да, а еще можно
каким-нибудь козлом разжиться, но вроде как один у меня уже имеется...
Ребенкин гардероб, кстати, тоже в пролете. Любовно купленные мною майки и
бриджи смиренно томятся в шкафу, в то время как дитя щеголяет в одних
трусах. На следующий год, вестимо, все это великолепие будет мало.
С
питанием тоже прекрасно: только успевай занимать очередь в сортир.
Окрошка-арбуз-мороженное-мороженное-окрошка-арбуз. На полдник –
иммодиум, на ужин – отвертка(как последствие иммодиума), а с завтрака –
по прежней схеме. Да, а еще иногда в ночи супы варю. Жирные. Их никто не
ест, но я варю все равно. Ну это как, если бы человек, выживший после
апокалипсиса нашел на пепелище фото своей семьи и поставил его на
единственный уцелевший ящик, чтобы понять что есть еще что-то
постоянное. Сложно загнула, но надеюсь вы меня поняли. Суп – константа.
Проспать
работу нельзя. Не потому что будет выговор, а потому что не дойдешь.
Надо сказать, что график у меня довольно гибкий: иногда ночью засидишься
с текстом, часа в 2 из-за компа встанешь, ну и , соответственно,
утренний будильник переведешь на попозже, если никаких встреч нет. Хуй
там. Третьего дни угораздило поехать на службу к 12. Даже не знаю с чем
сравнить... Это даже не расплавилась... скорее подсохла и начала
мумифицироваться. Ей богу, пришла как Нефертити – харя вытаращенная,
волосы дыбом, стрелки на глазах аж до ушей дотекли – ни дать ни взять
произведение искусства.
Ну и неудивительно, что я от таких дел
на дачу поехала. Взяла, так сказать, рабочий отпуск. Модем купила,
принтером разжилась, тексты все свои прихватила – в общем сделала все,
чтобы можно было осуществлять трудовую деятельность полноценно. И ведь
ничего не предвещало такой, блин, развязки. Т.е. у нас конечно была
гарь, но не до такой степени чтобы я не видела как Дима ссыт в мамину
клумбу. Повоняет с утра, в обед подымит, но к ужину доползешь до озера,
окунешься, и вроде как ничего, жить можно.
А теперь нельзя.
Теперь у тьма беспробудная и только гордый Фасолик реет над ней.
Натурально – только ребенка и вижу. Ну и еще как Дима ссыт в мамину
клумбу, но это уже скорее внутренним зрением. Небо серое абсолютно, вонь
– как в топочной, когда сторож запил, и видимость – до соседского
забора. Тут блин надо было не телескоп покупать, а комплект
противогазов. Самое ужасное – ночью. У нас дом по границе с лесом и
как только вечереет, с этого самого леса ползет плотное вонючее облако.
Больше всего сие действо похоже на Кинговский «Туман» с той только
разницей, что задраивать окна нельзя: задохнешься. Само-собой, гавкаемся
на предмет кто от чего хочет издохнуть. Дима эстет – поэтому желает
изящно опочить от отсутствия кислорода при закрытых окнах. Я –
колхозница, поэтому мне проще надышаться угара – дедуся мой, царствие
ему небесное, печника отпиздил и печку клал сам, а потому к испарениям я
привычная необычайно. В оконном вопросе только бабе Гале повезло – она
у нас в разводе, а от того всеми отверстиями распоряжается единолично.
На
котов тоже жара действует. Василь, например, сегодня с лестницы
ебнулся. Стою, суп варю, вдруг – бабах – Василий вошел в гравитационное
поле земли. Что характерно, летел уверенно, как Аэробус, вот только
посадка не задалась – шасси заело. А Филимон решил собакой заделаться:
до тех пор пока водой не намочишь, глаза пучит и дышит ртом. Один вот
только Прохер приспособленный к условиям. Моя потому что натура,
помоишная. Пока прочие с ума сходили от градусов, Прошенька всех моих
пивных кальмаров сожрал – одни пакетики остались. Целый день ходил
подлец и рыгал морем. Не выдрала. А зря.
Ну и сынок отжигает,
конечно. Сынок всегда отжигает, но теперь уж очень подходящая для отжига
обстановка: все настолько охреневшие, что на воспитании не настаивают и
количества пломбира в морозилке не пересчитывают. В общем это
фасолеообразное, под покровом смога и прочих ядовитых испарений,
спиздило у бабки 3 сырых яйца, разбило их в банку, а банку выставило на
солнышко. Сижу вечером на скамеечке, пытаясь среди таблицы
Менделеева унюхать мамины лилии. Выплывает с баночкой, улыбается. - У
меня тут мам духи вот. Не хочешь понюхать? - Не надо мне, сынок,
твоих духов, - отвечаю. – И без тебя жить не хочется. - И зря, -
говорит, - мам. Такие духи отличные вышли, прямо аромат. Говорит, а
баночку свою открывает. И то ли я дернулась, то ли он споткнулся, но
все содержимое до капли на мне оказалось. Разбирать «по злому умыслу
или нет» было недосуг, поэтому я просто зачерпнула в ведро водицы из
бассейна и окатила чадо с головы до ног. Бог мой, как визжал. И не
что-нибудь, а «отдам под суд злую маму». Так и орал «под суд тебя мама,
под суд».
Папинька, в общем, тоже нашел себя. Он изготовляет
Великую Папинькину Поделку. У каждого мужчины обязательно должна быть
такая поделка и папенька наш от прочих не отстает. Например мой
собственный папинька когда-то изготовил табурет. Из дуба. Такая
добротная вышла вещица, что ее в дом втроем вносили. Собственно, как
поставили, так больше и не передвигали. А уж сколько раз папиньку добрым
словом вспоминали – словами не передать. Идет, бывалоча, бабушка с
кастрюлькой супа, а тут – оно. Дубовое папинькино седалище. Бабушка – в
одном углу, кастрюлька в другом, а суп на полу. Ну как тут папиньку не
вспомнить? Дима мой, в отличие от папиньки дальше пошел – диван из
вагонки колотит. Всем диванам диван. Главное не говорить что «теперь из
рубероида думочек нашьем, и будет нам счастье». Бо диваноизготовлятели
юмора нихуя не понимают. Ну т.е. они отличное понимают, что делают
какое-то гамно, но шутить ни-ни-с: папка при деле, какие уж тут шутки.
Так
и живем. Странно, жарко и тревожно. Пожалуй, пора отправляться
варить суп.
http://katechkina.livejournal.com/460033.html#cutid1
|