Оба-на!!!

Это был выпускной вечер, после одиннадцатого класса. Я уже был готов и наряден. Но за час до выхода из дома, мама попросила меня сходить к соседке за содой, для приготовления какого–то блюда. Соды нужно было немного, и поэтому соседка отсыпала её в маленький прозрачный пакетик, в котором обычно продают бисер и другие мелкие штуки. Блюдо мама так и не приготовила, и я ушёл на выпускной с пакетом соды в кармане.
Про выпускной рассказывать не буду. Ближе к делу, как говорится.

Дискотека в холле первого этажа. Водка из пластиковых стаканчиков за школой. Водка из пластиковых стаканчиков в туалете, из–под стола, за углом и т.д. Я вышел во двор, перекурить, и, доставая пачку сигарет из кармана, выронил пакет с содой. Выпавший пакет заметил Максим. Максим был школьным хулиганом. Их в школе было много, но Максим был самым хулиганистым. И даже, как многие поговаривали, умел хорошо драться. Одним словом, его уважали.

Пока что это мягкий шар на четырех ногах, который волочит лысое пузо по паркету и улыбается во сне. Но судя по удостоверению личности оно обещает вырасти в плотоядного чупакабру. Иванов страдает невообразимо.

Тут, надобно заметить, наблюдается некоторая дуальность проблемы. Первое. Эта чупакабра стоит как породистая скаковая лошадь - но. Иванов любит свою жену, которая любит породистых чупакабр. Второе. Детская психологическая травма - но. Иванов, вроде бы вырос. Просто последняя живая собака Иванова жила у него ровно ночь. Для тогдашнего двенадцатилетнего Иванова это была ужасная, ужасная ночь.

Иванова я знаю с детства. Наши папы служили на одном корабле. Поэтому я его понимаю как себя. Два раза в год, когда у нас обострение, мы мужественно собираемся на «помолчать за жизнь». Мы смотрим футбол, дискавериченал и даже две серии обручального_кольца посмотрели…Тут от глубины обострения зависит. Недавно, например, в новостях  диктор задушевно сказал: «крейсер Адмирал Шапочников прибыл в иностранный порт – Бла-бла. Личному составу разрешили сход для покупки сувениров». Ага, сувениров. Мы с Ивановым расхохотались грустным басом и немедленно выпили закурили. Вот тогда-то я и узнала про случайную собаку Иванова.

Маленький Иванов разводил в доме болонок. На самом деле – одну разводил. На корм. Добрый мальчик любил животных. А пытливый ум Иванова любил Чарльза Дарвина и опыты. Неудивительно, что одним солнечным утром болонка Жужа коварно Иванова бросила. Конечно, с ежемесячной потерей хомячков юный естествоиспытатель  Иванов уже смирился. Но Жужа! Жужа казалась более долговечной, несмотря на размер черепа. Потом очевидцы рассказали.  Легкомысленная Жужа, зацелованная мамой Иванова до обморока, переходила дорогу в неположенном месте. Засмотрелась на случайного болона и – всё. Маленький Иванов даже плакал. Сами понимаете: опыты не закончены, реакции не изучены, что сказать на биологии не известно… Внутренний академиквавилов Иванова был расстоен. Но если б он знал, чем аукнутся  детские слёзы.

Папа Иванова эмоций сына не одобрял. И так не одобрял, и эдак... Маленький Иванов даже спрятал папин ремень. Пока не подкрался самый главный моряцкий праздник: День ВМФ. И папа ушёл. Праздновать. Мудрая семья спокойно легла спать: опыт прошлых лет подсказывал, что пару-тройку дней папа будет сражаться со своим внутренним контр-адмиралом. Был шанс отдохнуть. Но. Ночью в дверь позвонили. Внезапно. На пороге стоял Иванов-старший, без сознания.  Что примечательно в чистом и в фуражке.

В 1731 году из Африки был послан убитый лев, чтобы в Швеции из него сделали чучело. К сожалению, плоть животного не выдержала долгой поездки, и до Стокгольма доехала только шкура и кости. Таксидермист, который делал чучело, никогда не видел этого экзотического животного, но очень старался.