Обычно утро у меня начиналось с
того, что девица Александра пинала меня в ребро, засовывала свой носок мне в
рот и шла потрошить холодильник. Меня это устраивало. Я могла еще
бесконечно блаженных пять минут валяться в постели и досматривать
эротический сон с золотыми босоножками в главной роли, пока на пол кухни
в одну братскую могилу летели куриные яйца, банки с кизиловым джемом и
котлеты.
Сегодня меня миновали пинки и носки. Я лежала в
постели ребрами вверх, разметав волосы по подушке, с наслаждением
изображая из себя дохлую лошадь, когда кто-то жестокий наступил мне
двумя ногами на живот и спросил:
- Деавал?!
Уперев руки в
боки, на меня смотрел потомок гуннов, и мучительную смерть всем дохлым
лошадям на бис прорицали его немигающие глаза. Девица Александра сошла с
моего живота, вздернула меня над кроватью двумя пальцами за ноздри и с
размаху всадила в тапочки. Подгоняемая плетьми, я присоединилась к
печальному каравану невольников в лице мадемуазели Зи-зи, которая в
одной пижаме и с одним открытым глазом уже занималась раскопками на
территории детской комнаты.
- Мама! - обрадовалась старшая дочь моему изможденному лику. - Мама! Скажи, ты видела ДЕАВАЛ?!
Мне
потребовалось пять минут времени и триста тысяч вольт нервного
напряжения, чтобы вернуть молекулы моего взорвавшегося мозга в пределы
нашей вселенной. Память подсказала, что недавно мы с девицей Александрой
были в книжном магазине. Я хотела ей там купить книжку, но наследнице
мои хотения были глубоко ультрафиолетовы. Она нашла себе среди детской
литературы развивающий набор магнитов, изображающих различные
геометрические недоразумения. И моим педагогическим намерениям пришел
полный амонашвили. Ибо девочка сорвала набор цветных магнитов со
стойки, легла на него пузом, обняла со всех сторон и превентивно
включила фонограмму подбитого истребителя. Продавцы готовы были подарить
нам абсолютно весь ассортимент продукции, лишь бы мы скорее покинули
магазин. Так в обнимку с набором "Евклидова геометрия для новорожденных"
мы приехали домой, где ребенок приступил к научным изысканиям в области
математики.
Упаковка кислотного цвета фигур была разорвана и
холодильник в одно мгновенье стал напоминать псилоцибиновую
галлюцинацию. Дитя, сурово сдвинув брови, показывало на разные объекты,
а я и сестрица Зи-за дисциплинированно отвечали:
- Многоугольник!
- Гугога, – удовлетворенно кивала девица А-а и показывала следующую фигуру.
- Квадрат! – хором тянули мы.
- Гад-гад, – соглашались с нами, и тут же указательный пальчик перемещался в другой угол холодильника.
- Овал! – мы с мадемуазелью Зи-зи уже вошли во вкус.
Девица Александра опустилась перед холодильником на колени, прижалась щекой к его дверце и счастливо прошептала:
- Авал!
Весь
остаток дня девица побуждала нас каждые 10 минут бегать к холодильнику.
Там девица показывала на зелененькую фигуру и с придыханием повторяла
"Авал!” на что презренные рабы должны были пасть ниц со словами
"Воистину Авал!”. Утомленные этим занятием, спать все легли рано. Во сне
Александра чему-то таинственно улыбалась. А утром семью постигла
моральная катастрофа. Овал с дверцы холодильника исчез.
Горе
начинающего математика было безутешным. Слезы размером с баскетбольный
мяч катились по лицу девицы Александры, отскакивали от пола и соленой
коростой высыхали на стенах. Не было ни одного человека на нашем стояке,
кто остался бы равнодушным к потере. Соседи в знак солидарности стучали
по батарее, вероятно, им тоже было горько слышать эти душераздирающие
рыдания в половине пятого утра. Первой к месту происшествия подтянулась
сестра девицы Александры и принялась искать пропажу. Обыскав кухню
квадрат за квадратом, мадемуазель Зи-зи обследовала коридор, прихожую и
уже приступила к разработке месторождения игрушек в своей комнате, когда
ей в помощь пригнали меня.
Вместе мы обыскали всю квартиру и вновь вернулись к начальной точке возле холодильника.
- Де авал? – грозно повторила вопрос девица А-а.
Мы стояли с Зи-зи плечом к плечу, виновато рассматривая кроличьи какашки на полу, и тут меня осенило:
- А где кролик?
В
ответ за холодильником что-то пукнуло, холодильник вздрогнул, и
наступила полная тишина. Пришлось взять в руки швабру и добыть пушного
зверя из норы, которую тот устроил себе между стеной и холодильником.
Животное испуганно косило глазом и лихорадочно что-то пыталось
проглотить. Что-то неопределенно зеленого цвета и потенциально похожей
на овал формы.
Глаза у девицы Александры сделались в два
раза больше, чем когда она сидит на горшке. Она трясущимся пальчиком
указала на кролика и, с негодованием расставляя восклицательные знаки
после каждого слова, произнесла капслоком:
- ЗЯЙ! АВАЛ! АМ!!!
Произнесено
это было с такой интонацией, что кролик был обязан сам аккуратно снять с
себя шкурку, повесить ее в шкаф, вынуть себе печень, обвалять в муке,
обжарить на сливочном масле и преподнести на блюдечке девице Александре.
Но кролика на понт не возьмешь. Декоративная тварь пнула меня двумя
ногами в живот, вырвалась на свободу и вальяжно поскакала к дверце
холодильника. Где с циничным видом встала на задние лапы и потянулась
зубами к леденцово-красному квадрату…
- Интересно, а магнит он тоже проглотил? – протянула изумленная Зи-зи.
- Можно проверить. Если он сейчас прилипнет к холодильнику, значит, да.
- Зато теперь какашки легко будет собирать. У меня есть большой магнит…
- ЗЯЙ! АВАЛ! АМ!!! – вернулась девица А-а к началу разговора.
- Да, – согласилась Зи-зи. Зая – редкий гад.
- Гад-гад? – недоверчиво протянула девица..
-
Гад, гад. - успокоила ее сестра. Хоть бы записку оставил " Это я съел
овал. Извините. Ваш Кролик” А так… Мам, как называется тот, кто не
подписывается под гадостями?
- Аноним, наверное.
- Вот, Саша. У нас под столом живет кролик-аноним.
Теперь
в нашей семье мир, покой и порядок. Только каждый десять минут девица
А-а взмахом зовущей длани поднимает домочадцев с насиженных мест и ведет
в кухню, где показывает на заключенного в клетке кролика.
- ЗЯЙ! АВАЛ! АМ! – напыщенно произносит девица.
- Гад-гад! – заученно отвечаем мы и снова возвращаемся к своим делам.
kotja_shok
