Только что пришла ко мне моя младшая дочь семи лет от роду. Необычно тихая и не по-детски серьезная. И спросила кроха: - Мама, а ты ведь не умрешь пока мы с Мариком не вырастем такие же большие, как вы с папой? - Ну, я постараюсь. - слегка опешив ответила я. - А почему вдруг такие вопросы? - У Евы из моёва класса умер папа, и теперь она без папы, совсем одна. Не дело это - она же совсем еще маленький ребенок! - Да, грустно. - я отчего-то совсем растерялась и не зная что еще сказать, ляпнула: - А ты знаешь, что такое умер? - Знаю. - скорбно сказала дочь. - Умер - это когда вот кто-то...ээммм...погиб, а потом он тело. Умер, понимаешь? - Понимаю. Его больше нет и никогда не будет. - Нет, почему, он есть! - горячо возразила Симона. - Он там лежит. В шкафчике. В коробочке. В общем там. - Ты хочешь сказать, он на небе теперь и оттуда смотрит на нас, да? - Мама, какое небо?! - рассердилась дочь. - Он в шкафчике, на кладбище! И все. - Короче, - нетерпеливо вскочил ребенок и принялся деловито искать что-то на моей тумбочке, - ты все таблетки пьешь? - Какие таблетки? - обалдевала я дальше. -
Все таблетки и уколы, какие тебе дяди докторы выписывают. Ты должна все
таблетки есть и пить, тогда ты выздоровеешь и не умрешь. Обещай мне! А
то, когда ты умрешь, мне будет очень грустно, я буду плакать и в школу
ходить не буду. Мне нельзя без мамы, я маленький ребенок. Так обещаешь? -
Обещаю. - в каком-то ступоре сказала я. - Пока ты маленькая мне нельзя
умирать, это понятно, а когда ты вырастешь большая - можно? - Что ты, мамочка, когда я вырасту - нужно! - припечатала любящая дочь. Поцеловала меня, крепко обняла и ушла. А я лежу. Как живая.
