Когда-то я была почти Махатма Ганди. Не противилась злу насилием и смиренно несла крест непротивления. Но
суровость жизни доказывает, что любовь к ближнему – субстанция летучая и
мгновенно испаряется при внутреннем закипании организма.
На
той неделе звонит мне давняя и при этом совсем не близкая знакомая,
обозначим её буквой В., говорит: – Ты там в двух шагах от рынка, слушай,
сгоняй в обед, глянь, по чём перец, я тебе перезвоню. А лучше купи
килограмм пять-шесть, только крепенького такого, буду из бани ехать –
заберу. Во сколько ехать буду? В часов семь, ой, может, позже, мне ещё
заправиться надо. Уходишь в пять? Задержаться не сможешь? Ладно, ты его
тогда с собой возьми, я домой к тебе заеду. Я без всякой задней
мысли интересуюсь, что мешает ей, здоровой, неработающей и
передвигающейся на машине, затариться самостоятельно. – Ты не меняешься! А уже пора бы подобрее к людям относиться! – рявкает В. и в гневе отключается. Я поняла так, что мне пора задуматься о душе.
В своё оправдание замечу, что В. тоже не меняется. Было много всего и всякого, но самый яркий эпизод случился лет восемь назад. Мы с сыном первый раз летели в Болгарию. В.
попросила о маленькой услуге: её тётка живёт во Франции, этой тётке
надо кое-что передать, но отсюда посылать дорого, а из Болгарии вроде
как дешевле. То бишь ты там отошли, а я тебе потом деньги верну по курсу. Очень хотелось послать саму В., но внутренний Махатма устыдил и не позволил. Накануне
вылета она позвонила, сказала, что, мол, всё равно тебя в аэропорт муж
повезёт, по дороге и заскочите, счас адрес продиктую, уже упаковала,
чтоб удобно нести было. Я почувствовала запах серы и спросила, а что именно упаковано. Вы не поверите, но клянусь! – чистая правда: масляный обогреватель.
В. купила себе новый, а старый, ещё советский, решила отправить тётке в практически заполярный город Амьен. В
этот момент я машинально глянула в зеркало и обнаружила, что глаза у
меня округлели до размеров плошки, как у собаки, сторожившей огниво. Потому
как перед ними встала живая картина: я пытаюсь пройти через таможню с
сыном, двумя дорожными сумками и подержанным обогревателем размером метр
на метр и весом килограмм в двенадцать, объясняю, что в Амьене плохо с
обогревателями и тётка вот-вот замёрзнет до смерти и что из Болгарии,
возможно, на доллар дешевле. По сей день горжусь тем, что смогла устоять, невзирая на обвинения в отсутствии человеколюбия.
Похоже, истинное толстовство требует изрядной физической подготовки. А я мимо, я не гожусь.
И не попаду в рай, ни за что не попаду, там нет мне места. Жаль.
![[info]](http://l-stat.livejournal.com/img/userinfo.gif?v=3){kind=small}
