Свою первую осознанную психологическую травму
я получила в 6 лет, когда старшие товарки (8 и 9 лет) сообщили мне
«страшную тайну» о зачатии детей. Сказано было так – «дети бывают, когда
родители ебутся письками». Представить себе как мой папа делает это с
мамой, я категорически не могла, поэтому долгие годы просто отказывалась
верить и активно искала опровержения. Спросить у мамы мне мешало жуткое
слово «ебутся». Так я впервые скрыла от нее свои нешуточные
переживания. Спрашивала у одноклассников и дворовых друзей, но никто
ничего толком не знал. Читала сквозь строки детских книг и всматривалась
в выхолощенное советское телевидение – достоверной информации ноль.
Мамина версия про «животик открылся и ты родилась» меня полностью
устраивала и я загнала весь этот ужас в бессознательное.
В 9 лет я
впервые увидела половой член, причем в «эрегированном состоянии» как
сейчас сказали бы. Воронеж дивный город, но количество эксгибиционистов
там просто зашкаливало. Я возвращалась домой с тренировки в 8 вечера и
шла по проспекту Революции, когда сзади раздался вкрадчивый голос
«девочка, сколько времени», я машинально оглянулась (у меня и часов то
не было, но я же пионерка), а он распахнул плащ. Страха не было, только
удивление от нереальности происходящего, ведь только что миновала двух
«дяденек милиционеров», в метре проезжают машины, до дома пару минут
ходу. «Почему его не ловят» - подумала я и рванула стометровку. И снова
скрыла от мамы значимое событие в своей жизни – но мне было стыдно,
безумно стыдно, оттого, что он выбрал именно меня. Наверное, что-то
подобное испытывают жертвы насилия.
У нас в
секции волейбола девчонки были из 8 класса, им я и осмелилась рассказать
эту «жуткую историю». Меня утешили, что такое бывает, это «онанист»,
они безобидны, ходят по паркам или стоят в подъездах, пугают девочек и
получают от этого удовольствие. Способ борьбы с ними простой, как
увидишь, сразу начинай громко орать и материться, «а когда подрастешь,
будешь бить по яйцам» - порадовали они меня. И я стала с упоением
познавать нецензурную брань. Очень боялась, что во сне начну матюгаться,
и мама мне уши оторвет по самые гланды. Потом я еще пару раз
пересеклась с подобными типами, и убедилась, что рецепт просто и
действенен, правда бить по яйцам я как-то не решилась. И хорошо, что не
решилась, промахнулась бы и что - «пиздюли или минет» стебали меня потом
оторвы-медички. В 5 классе во время урока по размножению растений
нам рассказывали про половые клетки и перекрестное опыление. Ржак стоял
неимоверный, когда было произнесено «мужские гаметы или сперматозоиды» у
нас началась истерика. Одна девочка описалась от смеха и навеки стала
«Мокрица». Училка была на удивление сдержанна, даже глазом не моргнула и
никого не наказала – видимо не мы первые и не мы последние. На этом
уроке я со всей неотвратимостью поняла, что папа с мамой тоже делают
ЭТО. Практическую часть половой жизни мне широкими мазками описывала
та самая подруга уже в Свердловске. Девочки из семей военных, врачей и
партработников собирались в деревянном бараке, курили «Родопи» или
«Опал» (приговаривая «от «Опала» хуй отпал»), пили спизженную во время
праздников у родителей водку, закусывая ее батоном с кабачковой икрой и с
упоением слушали «романтические» истории 15 летней шлюхи. К 11 классу
все мы оставались целками, т.к. «высокие моральные принципы» внушались с
детства. Честно говоря, я думаю, дело было в другом. Учились с нами
шибко умные ботаны, собранные со всего города, которые вообще не знали
где у девок сиськи. На уроках «Этики и психологии семейной жизни» в 10
классе сидели они красные, с потными ладошками, а у доски заикались на
самых безобидных словах типа «темперамента» или «контрацепции» (как
представлю, какие сексуальные ассоциации у них возникали в этом месте, и
сама заикаться начинаю).
Иногда я думаю, что пуританское
воспитание 70-80-х породило наше поколение – бравирующих своими
сексуальными достижениями, без особого основания или наоборот меры,
очень закрытых, ранимых и одновременно циничных людей. Помня о
травме, я сама рассказала младшему брату, как люди размножаются, когда
ему стукнуло 8 лет. Вернее не рассказала, а своими словами пересказала
главу «Размножение» из учебника. Через год повторила для закрепления, не
забыв повнушать идею бережного и уважительного отношения к женщинам
(все мои старания свела на нет его «первая любовь» в 8 классе, грязно
уйдя к лучшему другу). Когда ему исполнилось 13, мама поставила вопрос
ребром - «не пора ли тебе, отец, поговорить с сыном как мужчина с
мужчиной». Папа неделю подбирал слова, принял на грудь для храбрости
тархуновой водки (охуеное изобретение, зеленая жидкость со вкусом
тархуна 40 градусов), а потом решительно начал - «сын, ты уже взрослый… я
хочу серьезно поговорить с тобой». Брат не стал наслаждаться его
мучениями и перебил - «спасибо, папа, Галя мне уже все рассказала».
Конечно, для проформы огребла я, но папа явно был благодарен. В 9-10
классе у них в школе проводились секс-недели, официально называющиеся
«медико-психологическая школа», где урологи, гинекологи и прочие «ологи»
ходили вокруг да около половых тем. К этому времени их одноклассницы в
массе своей уже лишились невинности, и наиболее актуальной была
информация от венеролога.
Они были совсем другие эти девочки,
раскованные и уверенные в себе, причем их ощущение собственной
значимости никак не зависело от наличия «рожи-кожи» или ума. Их цель
была не любовь, поиск «героя Хералала» и романтические отношения, а
связь с богатым мужчиной. Эта жажда легкой и красивой жизни делала
абсолютно ненужными такие понятия, как искренность, самопожертвование и
желание понять партнера. Помню, подружка его говорила - «Галя ты
неправильно себя ведешь, пойдем в пятницу в бар, я тебе покажу, как
мужчин надо снимать» и это «официальная девушка» брата, представленная
маме. Сейчас им к 30, многие не замужем, живут весело, сыто и пьяно, а в
глаза им посмотришь и такая тоска там…
Недавно подруга
рассказала, как дочь ее 3 летняя выдала - «мама, покажи сиськи». Она
напряглась, т. к. слово «грудь» они используют в обиходе, но виду не
подала. Ласково, чтобы не спугнуть спрашивает - «а зачем тебе». Дальше
шок - «я лизать их хочу». Блядь, ну откуда, дома мультики-новости, в
садике лепка-рисование, у бабушки пазлы-книги. Еще ласковее спрашивает -
«а ты где это видела». Отвечает - «на пелвом музыкальном дядя взлослый
так тете головил». Вот ведь мелочь пузатая, еще слова не все
выговаривает, а туда же. Сдается мне совсем другие психологические
травмы у ее поколения будут.
