Крякин решил убить
директора школы. Другого выхода у него просто не было - тот на следующей
неделе вызвал родителей к себе, а это означало, что отец Крякина точно
убьет. Так что, по сути дела, это была всего-лишь необходимая
самооборона.
Способ убийства Крякин придумал сразу, недаром он совсем
недавно просмотрел документальный фильм "Власть вуду." Сделать
соломенную фигурку и провести вудуистский ритуал, что может быть проще?
Все упиралось только в связующее звено - директорский ноготь или лучше
клок волос. На разработку операции по-получению необходимого для черной
магии ингредиента, Крякин потратил половину субботы, но к вечеру план
был готов. Каждый день, после шести, директор выгуливал в скверике
неподалеку своего пуделя. Крякинский план был прост и элегантен.
Принести в сквер соседскую кошку. Выпустить ее у барбоса под носом.
Когда тот погонится за ней и уронит директора в грязь, стремительно и
неудержимо накинуться, вырвать пару-тройку волосков и неузнанным
скрыться в темноте. Для пущей неузнаваемости, быть в натянутой на лицо
шапке со специально прорезанными дырками для глаз. Идеальное
преступление.
Все
сразу пошло наперекосяк. Во-первых, кошка отчего-то не побежала прочь, а
кинулась на директора и забралась ему на руки. Подлый барбос к этому
факту отнесся вполне безучастно. Во-вторых шапка для начала закрыла
Крякину весь обзор, а при попытке ее поправить и вовсе улетела куда-то в
сторону. А в-третьих, под ноги бегущему Крякину попался какой-то
неучтенный сучок и он вместо того, чтобы наброситься на директора,
стремительно и неудержимо нырнул в лужу. Оттуда его, мокрого и грязного,
директор и извлек и повел к себе сушиться.
Дома у директора было
хорошо. Книжные шкафы до потолка, мягкие кресла, фотографии бывших
учеников на стенах. Крякину на пару минут даже стало жалко директора, но
потом он вспомнил об отце и откинул жалость. Убей или будь убитым,
таков суровый закон жизни. И раз уж Крякин оказался в доме у врага, то
следовало воспользоваться таким случаем и довести план до конца,
раздобыть необходимый ингредиент. Он принялся торопливо озираться и
вскоре нашел то, что искал - расческу, полную беззащитных директорских
волос. Дождавшись момента, когда директор вышел на кухню, Крякин вытащил
из расчески прядь и надежно спрятал в носок. Теперь судьба директора
была решена.
Живой черной курицы Крякину взять было неоткуда, так что
в ход пошла замороженная, из холодильника. Он не был уверен в том,
какая у нее была расцветка при жизни, но почему-то чувствовал, что это
не так уж и важно. Черных свечей в доме тоже не оказалось, так что
Крякин воспользовался маленькими, цветными деньрожденьческими свечками
для торта. Вместо вина Крякин взял морс, а вместо гравированной чаши -
вазу из-под цветов. За мистические символы, вписанные в меловой круг на
паркете, сошли буквы из армянского алфавита, которые Крякин подсмотрел в
БЭС. Итак, все было готово. Крякин скрутил из запасенной заранее
соломы фигурку, сунул внутрь вьющуюся прядь и начал ритуал. Он зажег
свечки, с завываниями прочитал первые строчки из "Песни о полку
Игореве", который им задали выучить к среде и вонзил в тушку курицы
хлебный нож. Потом вскинул руки над соломенной фигуркой, лежащей в
центре круга, и попытался как можно сильнее выпучить глаза, чтобы
походить на негритянку из фильма. Он не был уверен, не следовало ли ему
намазать чем-нибудь черным лицо, но кроме гуталина в голову ничего не
приходило, а отмываться от него не хотелось. Так что Крякин просто
крикнул: "Дамбала! Самеди! Лекба!", схватил фигурку и окунул ее в морс. По
его плану все должно было выглядеть естественным. Директор выпил
субботним вечером и получил острейший сердечный приступ, все просто и
логично. Для сердечного приступа Крякин планировал воспользоваться
цыганской иглой. Может быть директор даже останется жив, просто попадет в
больницу и не сможет встретиться с крякинскими родителями. Такой
вариант его устраивал еще больше.
Крякин решил, что фигурка набралась
морсом достаточно и решил переходит ко второй части плана. Он достал
чучелко из вазы и попытался подцепить с пола иголку. Та, разумеется,
немедленно укатилась в щель между паркетинами и ловко там затаилась.
Крякин принялся выковыривать негодницу из убежища, бормоча себе под нос
совсем не вудуистские слова, но тут в дверном замке загремел ключ.
Крякин вскочил и заметался по комнате. По его расчетам родители должны
были вернуться от тети Вали еще часа через два, но кто-то предполагает, а
бог располагает. Быть застуканым за проведением вудуистских ритуалов
Крякину совсем не улыбалось, так что нужно было немедленно избавиться от
главной улики - фигурки. "Валера!" - раздался в прихожей голос матери, -
"Ты дома?" Крякин подпрыгнул и уже не соображая до конца, что он
делает, метнул фигурку в открытую форточку. Он тут же ахнул и кинулся к
окну, но только и смог увидеть, как уносящийся вниз пучок соломы
подхватила на лету ворона и поволокла куда-то к себе.
В понедельник
Крякин шел в школу с тяжелым сердцем. По всему выходило, что директору
пришел конец и виноват в этом был только он, Крякин. В фойе школы
толпились ученики. На нерешительно застывшего в дверях Крякина тут же
наскочил Володька Власов и поспешно схватил его за рукав. - Слыхал?! - оживленно спросил он, - Про директора-то? - Что он из окна выпал? - безнадежно переспросил Крякин. - Да какой из окна! - отмахнулся Володька, - В психушке он, понял! У желтом домике! - Почему в психушке? - удивился Крякин, - Разве тех, кто из окна выпадает, в психушку забирают? -
Да какое еще окно?! - заорал Власов, - Чердак у него поехал! Принялся
рассказывать соседям, что его собака спала-спала и вдруг ни с того, ни с
сего стала потеть морсом, а потом заметалась по комнате, выпрыгнула в
окно, расправила крылья и улетела! Крякин замычал и уронил портфель на пол.
