Оба-на!!!

Массаракшевской Песочницей навеяло.

«Старый рояль весь в испуге раньше играл…»

Героических профессий суть три: военные, пожарники и учителя младших классов. Осип Маркович в прошлом был учителем музыки, то есть принадлежал к когорте героев. Люди с таким складом характера многое могут выколотить из Судьбы, да к несчастью гены наградили его идеальным слухом. Сочетание музыкальности и внутренней силы ожидаемо привело его в настройщики.
Квартира видала лучшие дни. Хозяйка была ей под стать. Укутанная в какую-то траурную хламиду она стояла в коридоре, прямая как оглобля, и строго смотрела на Осипа Марковича.
– Соблаговолите разуться.
– Разумеется.
– Подберите тапочки по ноге.
– Спасибо.
Шаркая тапками, Осип Маркович прошёл в сумрачную комнату. Рояль царил. Испуганная мебель жалась по стенам. Стулья сбились в углу стадцем, переплелись ногами. Всё было очень серьёзно.

Вождь курил трубку, пускал кольца дыма и зачарованно за ними наблюдал. Завоеватель тихонечко кашлянул, привлекая внимание Вождя.

— А. – кивнул Вождь. – Ты чего бледный такой?

— Где? – удивился Завоеватель и посмотрелся в зеркальце, которое приготовил для выгодного обмена.

— Везде! – заржал Вождь. – Чего пришел-то?

— Отдай мне всю страну, а сам спейся и умри. – выпалил Завоеватель.

— Фигассе. Это с какого перепугу вдруг? – не понял Вождь.

— Ладно. Пойдем длинным путем. – вздохнул Завоеватель. – Хау тебе, Великий Вождь. Мы пришли с миром. Давай раскурим трубку мира.

— Отчего ж не покурить-то? Там в ящике табаку возьми, а то мне вставать лень. – согласился Вождь.

— А там на ящике какой-то несвежий труп с топором в спине. – замялся Завоеватель.

— Не обращай внимания. – отмахнулся Вождь. – Это сейчас требования такие – чтоб на ящике с табаком была наглядная агитация о том, что курение убивает.

— Так его же не курение, а топор. – не понял Завоеватель.

— Табак воровал из ящика. Так что – курение, как первопричина. – пояснил Вождь.

Они молча курили, пускали кольца дыма и зачарованно наблюдали за ними.

Как показывает практика, проведённые с размахом праздники не только доставляют удовольствие и обеспечивают последующий увлекательный сбор анамнеза, но и обеспечивают нас и многих наших коллег пациентами. Так что к середине-концу мая можно ждать некоторого оживления и даже лёгкого ажиотажа за счёт тех, кто попытался победить алкоголь, но не рассчитал отношения потреблённого продукта к возможностям печени, психики и уровню алкогольдегидрогеназы.

 Собственно, некоторые отсеялись ещё на этапе прогрева турбин, чем доставили немало захватывающих моментов родственникам, сотрудникам новоокрещённой полиции, а также доблестному экипажу барбухайки. На этот раз Дениса Анатольевича и его бравую команду вызвали в «обезьянник». Прибыв туда, спецбригада застала дежурных полицейских в состоянии лёгкой истерики, а временно задержанных — странно притихшими. За исключением одного. Он пребывал в гордом одиночестве в одной из камер, но, судя по всему, ничуть этим не тяготился; напротив, он был занят. Сексом. С не успевшей увернуться лавкой.

Был солнечный полдень.

— Ну?.. — спросил дракон.

— Не-а, не понял. — честно признался рыцарь после минутной паузы. — При чём тут какие-то «традиции», когда я тебя спрашивал про помойное ведро?

Дракон кротко вздохнул и принялся объяснять заново:

— Наше средневековое общество, это общество, в первую очередь, зиждущееся на обычаях и традициях…

— Что такое «зиждиться»? — тут же перебил напарника рыцарь.

— Ну… Вот, к примеру, сейчас твоя задница зиждется на моей спине.

— О!.. — обрадовался рыцарь, седалищем уловив смысл аналогии.

— Так вот, вернёмся к нашим баранам…

— У нас есть бараны? Что ж ты молчал-то?!.. — рыцарь беспокойно завозился на драконе, мысленно уже смакуя хорошо прожаренную баранью ногу.

— Ээээ… Нет, партнёр, у нас нет баранов. Это просто такой распространённый словесный оборот…

— …Который придумал идиот. — выпалил в рифму рыцарь, прислушиваясь к голодному бурчанию собственного желудка. — Ладно, что там дальше?